Глава 9

"Всё изумляет нас в природе мелких тварей -

Летящий шмель, стрекочущий сверчок

Паук, плетущий кружевную паутину

И червь, что превращается в порхающий цветок"

(Фо-Гель-Дзё)

1
2
3
4
5
6
7
8
9
10

– И я! И я вижу! – сказал Карик. – Они круглые и шевелятся.

– Да где вы видите? – спросил встревоженный Иван Гермогенович.

Он шагнул вперёд и вдруг весело засмеялся:

– Ну, пустяки. Да вы и сами посмеётесь, когда подойдёте поближе к этим лесным чудовищам. Идёмте.

И, широко шагая, профессор двинулся к логовищу страшных животных. Ребята пошли за ним следом.

Чем ближе подходили они к лесным чудовищам, тем яснее можно было видеть висящие на травяных деревьях бурые шары. Издали они были похожи на футбольные мячи, вблизи же оказалось, что каждый из них не меньше аэростата. Стенки этих бурых аэростатов были сделаны из брёвен и кусков земли.

– Угадайте, что это? – спросил Иван Гермогенович, останавливаясь.

– О?! – закричала Валя. – Круглые дома! Смотрите, сколько тут квартирантов. Это лесная гостиница «Приют насекомого».

– Или лесной ресторан «Тайна круглого дома», – засмеялся Карик.

По толстым выпуклым стенам ползали жёлтые шестиногие животные. Они сталкивались у тёмных выходов, лениво ползли в разные стороны, потом снова сходились, ощупывали друг друга усиками и, смешно ковыляя, скрывались в тёмных коридорах круглого дома.

– Да ведь это же тли! – закричал Карик. – Но только почему они жёлтые?

– Очень просто, – ответил Иван Гермогенович. – Этот вид тли приспособился к цвету жилища… На севере все птицы и животные окрашены в белый цвет, под цвет снега, а вот на юге у животных окраска пёстрая, похожая на пёстрые краски южных лесов и степей. Разве ты не знал об этом?

– Это для того, чтобы лучше прятаться? – спросил Карик.

Профессор кивнул головой.

– И для того, чтобы прятаться, и для того, чтобы лучше подкрадываться к своей жертве. Пятнистая шкура жирафа помогает ему легче спрятаться, а полосатая шкура тигра позволяет ему незаметно подкрадываться к добыче.

Иван Гермогенович подошёл к бурому круглому дому, осмотрел его со всех сторон и даже постучал по стенкам ручкой зонтика.

– Прекрасная работа! Замечательная! Добросовестная! – сказал профессор. – Молодцы муравьи!Муравей и тля. Мир насекомых.

– Муравьи? Разве это они построили?

– Ну да.

– А почему же тут живут эти тли?

– Да потому что это – молочные фермы муравьёв…

Профессор взмахнул голубым зонтиком и сказал:

– Так же, как человек разводит коров, муравьи разводят тлей. И не только разводят, но и оберегают тлей от врагов. А чтобы шестиногих коров не смыло дождём, муравьи строят для них вот эти дома‑фермы.

– А как же муравьи уносят отсюда молоко?

– Зачем же им носить? Муравьи сами приходят сюда пить молоко.

Карик весело засмеялся:

– Так это же не ферма, а кафе‑буфет.

– Некоторые виды муравьёв, – продолжал Иван Гермогенович, – перегоняют тлей на зиму в муравейник и всю зиму питаются свежим молоком.

– Ловко! – свистнул Карик. – А я читал, будто муравьи засыпают зимой и ничего не едят.

– Совершенно верно. Однако не все. В некоторых муравейниках часть муравьёв бодрствует. Вот они‑то и питаются молоком тлей.

– Это, наверное, белые муравьи питаются зимой! – сказала Валя. – Я тоже читала. Они – в Африке. Называются термиты.

– Ты, Валя, все спутала. Белых муравьёв не бывает. И термиты – не муравьи, хотя постройки их очень похожи на муравьиные. Термиты – ближе к тараканам, чем к муравьям.

– Значит, не бывает белых?

– Нет! Но есть чёрные, рыжие, красные, кровяные, жёлтые. Есть муравьи‑скульпторы, муравьи‑рудокопы, каменщики, скотоводы, земледельцы, медовые муравьи, зонтичные, муравьи‑одиночки. Да всех и не перечислишь, пожалуй.