Глава 11

"Всё изумляет нас в природе мелких тварей -

Летящий шмель, стрекочущий сверчок

Паук, плетущий кружевную паутину

И червь, что превращается в порхающий цветок"

(Фо-Гель-Дзё)

1
2
3
4
5
6
7
8
9
10

– Во‑первых, андрена, а не Андреевна, – поправил Карика Иван Гермогенович. – А во‑вторых, я уже сказал: после того как андрена выроет гнездо, положит в него яйца и приготовит для своего потомства корм, она больше сюда не заглядывает. Ей тут нечего делать… Да и нам, конечно, оставаться тут незачем. Подкрепились – и до свиданья.

Профессор подошёл к наклонной стене и, цепляясь руками за корни растений, полез наверх. Ребята проворно, точно обезьяны, полезли следом.

Медленно, шаг за шагом продвигались они по стене колодца к большому, круглому отверстию, над которым сияло голубое небо. Время от времени они останавливались, отдыхали, а потом снова карабкались вверх.

Камни, вырываясь из‑под ног, с гулом падали вниз, на самое дно гнезда андрены. Профессор первым добрался до края колодца.

Здесь было светло и жарко.

– Уф! – тяжело вздохнул он. – Ну и подъем!… Что же это вы отстаёте?… Я старик, а раньше вас управился.

Он нагнулся над тёмным колодцем, протягивая руку вниз:

– Давайте помогу!Пчела Андрена в норе. Мир насекомых.

Но Карик не успел ухватиться за его руку, Иван Гермогенович вдруг подпрыгнул, словно резиновый мячик. Высоко над колодцем мелькнули его пятки, и он исчез.

Карик в ужасе прижался к стене:

– Шшш!

– Что такое? – спросила Валя.

– Его склевала птица! – шепнул Карик. – Большая‑большая. С крыльями. Валя вздрогнула:

– Ты видел?

– Да, видел крылья… Огромные… Как паруса! Ребята поглядели друг на друга. На глазах Вали показались слёзы. Карик сказал:

– Все равно вырвется! Валя тихо заплакала.

– Ну, не плачь, пожалуйста! Он же вырвется! – утешал сестру Карик и, осторожно выглянув из колодца, громко крикнул:

– Иван Гермогенович! Ответа не было.

Валя вытерла слезы кулаком и решительно сказала:

– Надо вылезать!

– Надо! – согласился Карик.

Помогая друг другу, ребята вылезли из колодца.

Они стояли на вершине пика Золотой Везувий. Впереди расстилалась холмистая жёлтая пустыня. Сзади, точно зелёное море, шумели травяные джунгли, сквозь которые все утро пробивались путешественники. Справа и слева синели озера, поросшие по берегам высоким тростниковым лесом.

Но профессора нигде не было.

– Иван Гермогенович, где вы?! – закричала Валя.

Она прислушалась. Ни звука.

– Иван Гермогенович!

Но в ответ только ветер прошумел печально над вершиной горы да покатилось, замирая за холмами, разноголосое эхо.

– Давай крикнем вместе! – предложил Карик.

Ребята взялись за руки.

– И‑ван Гер‑мо‑ге‑но‑ви‑ич! – закричали они разом.

«О‑о‑в‑и‑ич!» – отозвалось эхо и смолкло. У Вали из глаз ручьём полились слезы. Она закрыла лицо руками и заплакала навзрыд. В ту же минуту над ней промчался с воем вихрь. Её отбросило в сторону и покатило по огромным камням.

Когда она наконец поднялась на ноги и огляделась, Карика на вершине горы не было. А ведь он только что стоял здесь, вот у этого круглого камня…

– Карик! – испуганно закричала Валя. – Карик, где ты? Зачем пугаешь?

Высоко‑высоко, точно под самыми облаками, кто‑то отозвался слабым голосом:

– Ва‑аля!