"Всё изумляет нас

в природе мелких тварей -

Летящий шмель,

стрекочущий сверчок

Паук, плетущий

кружевную паутину

И червь, что

превращается

в порхающий цветок"

 

(Фо-Гель-Дзё)

Глава 2

Чудесная жидкость. – Загадочное поведение трусиков и сандалий. – Необыкновенное превращение в самой обыкновенной комнате. – Приключение на подоконнике. – Карик и Валя отправляются в удивительное путешествие.

 

А дело было так.

Накануне того дня, когда исчезли ребята, Карик сидел вечером в кабинете профессора Енотова.

В такие часы он любил беседовать с Иваном Гермогеновичем.

Весь кабинет погружён в полумрак; из тёмных углов поднимаются к потолку длинные чёрные тени; кажется, – там притаился кто‑то и глядит на светлое пятно над большим столом.

Голубые огоньки спиртовок тянутся, вздрагивая и раскачиваясь, к закопчённым донышкам стеклянных колб. В колбах что‑то булькает и клокочет.

Сквозь фильтры медленно просачиваются и звонко падают в бутыль прозрачные капли.

Карик залез с ногами в большое кожаное кресло.

Прижав подбородок к столу, он внимательно следил за ловкими руками профессора, стараясь не дышать, не шевелиться.

Когда профессор работает, он насвистывает разные песенки, а иногда рассказывает Карику забавные истории о своём детстве, о дальних странах, где пришлось ему побывать, о разных удивительных зверях, которых он видел в Америке, Африке и Австралии.

Вот и сейчас, засучив рукава халата, насвистывая, Иван Гермогенович работал, склонившись над столом, переливая синие, красные, чёрные жидкости из одного стаканчика в другой, помешивая их стеклянной палочкой и то и дело взбалтывая. Карик следил за каждым движением профессора, словно перед ним был фокусник или волшебник.

Иван Гермогенович схватил большую стеклянную колбу с густой маслянистой жидкостью, разлил её по узким длинным стаканам, понюхал и вдруг засмеялся:

– А ведь, кажется, получается! Попробуем проверить раствор, подбросим в него вот эти белые кристаллики.

 

Он подцепил роговой ложечкой из чёрной банки белые крупинки и принялся бросать их по одной в приготовленные стаканчики. И вдруг жидкость закипела, в ней появились белые хлопья, которые начали медленно опускаться на дно, и тотчас же она превратилась в тёмно‑фиолетовую, а белые хлопья стали золотистыми.

– Победа! – закричал Иван Гермогенович. – Ура! Это величайшая победа! Наш труд увенчался успехом! Теперь нам остаётся только угостить подопытного кролика нашей волшебной жидкостью, и тогда…

– И что тогда будет? – спросил Карик.

– О, тогда ты увидишь такое, чего никто ещё в мире не видел.

Он щёлкнул пальцами и громко запел:

 

– О жидкость – чудо и краса!

Творить мы будем чудеса!

 

Карик невольно поморщился: пел профессор хотя и очень громко, но у него не было слуха, и все песни поэтому он распевал на один мотив, похожий на завывание ветра в трубе.

– А если кролик не станет пить? – спросил Карик.

– Как это не станет? Заставим выпить… Но это уже завтра… А сейчас… – Иван Гермо‑генович взглянул на часы и засуетился: – Ай‑яй‑яй, Карик! Как мы засиделись!… Одиннадцать часов… Да… Одиннадцать часов и две минуты.

Карик понял, что ему пора идти домой. Вздохнув, он нехотя слез с кресла и спросил:

– А завтра вы не начнёте без меня?

– Ни в коем случае, – мотнул головой профессор. – Ведь я обещал тебе.

– А Валю можно привести?

– Валю? – профессор подумал. – Ну что ж… Приходи с Валей.

– А вдруг ничего не получится?

– Всё получится, – уверенно сказал профессор, гася спиртовки.

– И кролик превратится в блоху?

– Ну нет, – засмеялся профессор, – кролик так и останется кроликом.

– А люди могут уменьшаться?

– А почему же нет?








  • Каракатица
    Каракатица
  • Ящерица
    Ящерица
  • Цикада
    Цикада
  • Попугай ара
    Попугай ара
  • Рыба-клоун
    Рыба-клоун
  • Муравьи
    Муравьи
  • Гладкие киты
    Гладкие киты

РЕКЛАМА