"Всё изумляет нас

в природе мелких тварей -

Летящий шмель,

стрекочущий сверчок

Паук, плетущий

кружевную паутину

И червь, что

превращается

в порхающий цветок"

 

(Фо-Гель-Дзё)

Глава 15

Карик знакомится с муравьиным львом. – Ночёвка в пещере. – Шмелиный склад. – Таинственные огни. – Необыкновенная лошадь. – Нападение мух.

 

В розовом свете вечерней зари перед профессором и Кариком стояла Валя.

Живая, настоящая Валя.

В руках она держала корзиночку‑диатомею, внимательно рассматривая её серебристые узоры. Она то подносила корзиночку к самым глазам, то поднимала высоко над головой и рассматривала её, прищурив один глаз.

– Глядите, граждане! – засмеялся Карик. – Перед вами продолжение фильма «Девушка с Камчатки». Пропавшая девочка таинственно появляется на западном побережье.

Иван Гермогенович ничего не сказал. Он только крепко прижал Валю к себе и молча погладил её по голове.

Валя вывернулась из рук профессора и, вертя перед глазами корзинку‑диатомею, спросила:

– Неужели вы сами сделали? Из чего это? И чем она так вкусно пахнет? Её можно есть?

– Корзиночку нельзя, но булки, которые лежат в корзинке, можно, – сказал профессор.

– Тебе сколько? Две? Три? – спросил Карик, доставая колобки из корзиночки.

– Пять! Мне пять! – быстро ответила Валя. Иван Гермогенович и Карик засмеялись.

– Вот это проголодалась! – сказал Карик.

– Ничего, ничего! Пусть ест как следует. Да и мы с тобою закусим заодно.

Путешественники сели в тени развесистого дерева. Профессор поставил против Карика и Вали по корзиночке колобков и широким, гостеприимным жестом пригласил ребят к ужину.

Валя, откусив кусочек колобка, сказала:

– Очень вкусно! – и принялась уплетать колобки.

Профессор и Карик посматривали на неё улыбаясь.

Карик подмигнул Ивану Гермогеновичу и с самым невинным видом спросил:

– А это правда, что в Москве жил человек, у которого был аппетит слона?

– Не слышал, – ответил профессор.

– А я слышал. Говорят, он съедал десять тарелок супа.

– И я съела бы! – сказала Валя, запихивая в рот большой кусок колобка.

Карик подтолкнул Ивана Гермогеновича локтем:

– А на второе – пятнадцать отбивных котлет.

– И я могу пятнадцать, – сказала Валя.

– И наконец, после обеда он съедал двадцать компотов! – продолжал Карик.

– А я хоть тридцать!

Карик отодвинул от себя корзинку и вытер пальцы о лепесток.

– А потом этот человек подвязывал салфетку на грудь и говорил: «Ну, кажется, я заморил червячка, теперь, пожалуй, можно приступить и к настоящему обеду!»

– И я…

Валя протянула руку к восьмому колобку, но, дотронувшись до него, подумала немного и, тяжело вздохнув, сказала:

– Нет, я уже больше не хочу.

– Ну а теперь, – Иван Гермогенович похлопал Валю по плечу, – рассказывай, как ты ухитрилась попасть в цветок энотеры.

– А мы с Кариком вас искали… Правда, Карик? Карик кивнул головой.

– Я ходила‑ходила и вдруг захотела есть, а в лесу пахнет, как в кондитерской. Полезу, думаю, на дерево. И полезла. А там ка‑ак захлопнется и не пускает. Кричала‑кричала, даже уши заболели.

– И плакала, наверное?

– Немножко… А потом заснула, да так, что даже ничего во сне не видела. А потом слышу, кричат:

«Валя, Валя!» Я хочу проснуться, но никак не могу!

– Ну, все хорошо, что хорошо кончается, – сказал Иван Гермогенович. – А чтобы нам опять не потерять друг друга, дайте мне слово, что теперь вы больше не отойдёте от меня ни на шаг.








  • Цикада
    Цикада
  • Гладкие киты
    Гладкие киты
  • Рыба-клоун
    Рыба-клоун
  • Муравьи
    Муравьи
  • Каракатица
    Каракатица
  • Ящерица
    Ящерица
  • Попугай ара
    Попугай ара

РЕКЛАМА